Чем отличаются психопаты в реальной жизни от тех, кого мы видим по ТВ и в кино

Психопаты давно перестали нас пугать и стали частью поп-культуры. Рок-звезды носят их имена, их рисуют на обложках альбомов, про них снимают кино и даже сериалы, которые транслируются в прайм тайм. 

Ну, а Каннибал-Ганнибал Лектер недавно стал кумиром половозрелых школьниц — теперь он где-то между Фассбендером и Гослингом. 

Мы решили выяснить, кто такие психопаты на самом деле, и почему они нас так волнуют. И перевели это захватывающее интервью журнала Wired с ученым-неврологом Кентом Килем из Альбукерке. 

Кент Киль (Kent Kiehl) шел к выходу из здания аэропорта, когда работник службы охраны схватил его за руку. «Вы не пройдете со мной, сэр?», — спросил он. Киль не стал сопротивляться и постарался остаться спокойным, пока охранники проверяли его багаж. Затем они спросили, не хочет ли он ни в чем признаться.

 

Тед Банди, сфотографированный здесь в 1978 году, несомненно, стал одним из решающих факторов возникновения глубокого интереса Кента Киля к психопатии.
 

Кент Киль — ученый-невролог, который работает в организации Mind Research Network и университете Нью-Мексико в Альбукерке. Он посвятил свою карьеру изучению различий мозга здоровых людей и психопатов — точно таких же людей, которые, правда, чаще имеют проблемы с законом из-за отсутствия жалости, сострадания и раскаяния. В самолете он переписывал заметки, которые сделал во время интервью с психопатом в Иллинойсе. Психопата, к слову, обвиняли в убийстве двух женщин и изнасиловании и убийстве 10-ти летней девочки. Женщина, сидевшая в соседнем кресле, в ужасе решила, что он записывает свое признание.

Киль вспоминает эту историю в новой книге о своих исследованиях — The Psychopath Whisperer (буквально с английского что-то вроде «Шепчущий психопат»). Он беседовал с психопатами больше двадцати лет, в книге собраны истории об этих необычных (а порой и буквально сумасшедших) встречах. Хотя, на самом деле, название – «Слушающий психопатов» («The Psychopath Listener») подошло бы более точно. Правда, для книги это не столь эффектный заголовок.

Совсем недавно г-н Киль обзавелся передвижным МРТ (магнитно-резонансный томограф) и получил разрешение на проведение исследования мозга заключенных тюрьмы штата Нью-Мексико. На сегодняшний день он уже сделал томограммы почти 3000 жестоких правонарушителей, 500 из которых — психопаты.

Киль стоит возле мобильного МРТ сканера.


 

Журналисты интернет-портала Wired побеседовали с ученым о том, чем отличается мозг психопата от мозга нормального человека, и почему он рассматривает психопатию как психическое заболевание, которого можно избежать.

Чем отличаются психопаты в реальной жизни от тех, кого мы видим по ТВ и в кино?

Одно из самых больших отличий: психопатов среди нас, на самом деле больше, чем мы думаем. Примерно 1 из 150 человек подходит хотя бы по одному клиническому критерию. А это значит, что среди нас сотни тысяч таких людей. Большая их часть, конечно, не совершает жестоких преступлений, но они ведут непонятный, кочевой образ жизни и, в конце концов, у них бывают проблемы.

Голливуд не особо «помог» в создании образа среднестатистического психопата. По большому счету, они просто впадают в крайности и показывают очередного  Ганнибала Лектера или еще более скандальную личность. На самом деле, все намного банальнее.

Люди часто путают психопатию и психоз — в чем тут разница?

Да, правда. Основные симптомы психопатии — отсутствие жалости, сопереживания, чувства вины, раскаяния. Психозы — это нарушения сознания, которые сопровождаются  галлюцинациями и маниями. Это совсем другое. Вы никогда не найдете психопата с маниями, например.

В своей книге вы пишете, что за два десятилетия вы пересекались с несколькими людьми, которые по «шкале психопатов» набрали 40 из 40 (сам диагноз начинает присваиваться с 30, обычные люди набирают в среднем 4-5). Каково это, разговаривать с настоящим психопатом?

Они совершенно другие. Ты выходишь из комнаты, где только что сидел с этим человеком, и понимаешь, что встретил кого-то совершенно иного, абсолютно непохожего даже на других психопатов. Они полностью свободны от сознания. Они имеют настолько плоские эмоции, что это невозможно понять, пока не зазглянешь им глаза.

Наверное, это ощущение потом долго не выходит из головы…

Точно. Одного из моих «любимчиков» я называю Шокирующий Риччи, потому что он делал такое, что просто не пришло бы в голову нормальному человеку: все его преступления, то, что он делал с телами после убийства. Он делал все это только для того, чтобы шокировать людей.

В свой первый день в тюрьме с максимально возможным количеством охраны он снял с себя всю одежду и прогуливался абсолютно голым под дождем. Остальные заключенные просто диву давались от того, что там происходит. Я разговаривал с ним в тот же день, после этого: он мне сказал, что делает подобные вещи только для того, чтобы люди понимали, что он может сделать все, что угодно.

О чем ты думаешь, когда сидишь в комнате с кем-то вроде него?

Я заворожен.

Никогда не боялся, что кто-нибудь из них наберет тебе задницу?

И не только задницу! Я работал с одним заключенным, который признался мне, что совершил несколько убийств на свободе, и что убил бы еще больше людей, если б его об этом попросили. У него была своя банда.

Через несколько дней мне позвонил начальник исправительной колонии, где я работал тогда, и сказал: «Кент, нам нужно взять тебя под охрану. Один из заключенных думает, что ты донес на него и говорит, что собирается тебя убить». Мне пришлось несколько дней провести под охраной. Но оказалось, что на него донес один из членов банды. И, как только эта информация дошла до него, я сразу же вернулся к работе, будто ничего и не случилось. Но были времена, когда я переживал, что кто-нибудь меня уберет.

Трудно проводить столько времени с людьми, которые совершили такие ужасные вещи?

Я достаточно комфортно себя чувствую. За всю свою карьеру я встретил только 2 или 3 человек, после разговора с которыми понимал, что больше не хочу ничего о них знать. Они совершили настолько ужасные вещи… И то, как они к этому относятся… — мне этого хватило.

Почему вы рассматриваете психопатию как психическое заболевание, а не как особый тип личности?

Я считаю это именно болезнью, связанной с проблемами дома, на работе, в семье, с друзьями, что в итоге ведет к госпитализации или тюремному заключению.

Единственное отличие психопатов — это, то, что они не кажутся несчастными от того факта, что их жизнь — катастрофа. Они не могут понять, как их поведение отражается на других людях.

Что уже известно на сегодняшний день о различиях в мозге психопатов?

Мы обнаружили, что у психопатов плотность серого вещества вокруг лимбической системы (участвует в создании эмоции) на 5-10% ниже, чем у нормальных людей. Также мы узнали, что ткани, соединяющие лимбическую систему с лобной долей, нарушены.

Группа исследователей из Германии тоже публиковала что-то подобное. Было проведено много исследований, подтверждающих пониженную чувствительность в этих зонах во время непосредственного создания эмоции, а также принятия решений, связанных с моралью.

Вы в своей книге пишете о доказательствах, приведенных в защиту Брайана Дугана и отмены для него, серийного убийцы-психопата, из-за которого вы чуть не попали в переделку в аэропорту, смертной казни. Неужели наука уже готова к таким единичным ситуациям?

Зависит от контекста. Доказательства, что их мозг другой, весьма убедительны. Вопрос в том, может ли это выступать смягчающим обстоятельством. Если бы вы были адвокатом, я думаю, вы бы поднимали вопрос о существовании психопатии только в случае опасности смертного приговора.

Это и произошло в случае с Дуганом. Но он все равно проведет в тюрьме еще 15-20 лет (суд присяжных, в конце концов, вынес ему приговор о пожизненном заключении, затем поменял на смертный приговор, а потом, когда в штате Иллинойс была отменена смертная казнь в 2011 году, приговор вновь заменили пожизненным заключением).

Но я не думаю, что имеет смысл использовать психопатию как смягчающий фактор в подростковых преступлениях или другом подобном контексте. Это палка о двух концах. Всегда есть вероятность, что обвинитель скажет — ну раз у него другой мозг, не значит ли это, что риск повторных преступлений еще выше, ведь вы не можете это поменять.

Психопаты вообще могут измениться?

Меня очень радуют первопроходцы в этом деле — Mendota Juvenile Treatment Center (исправительное учреждение для подростков) в штате Висконсин, где подросткам с высокой вероятностью развития психопатии пытаются помочь разными интенсивными программами, призванными сократить вероятность повторного совершения преступлений.

Лечение, которое они там получают и которое, на самом деле, помогает, основывается на поощрении, а не на наказании. Да, подростки находятся в заключении в качестве наказания за то, что они сделали, но сама система заведения не только наказывает их, когда они сделали что-то плохое, но и поощряет, когда они делают что-то хорошее.

Если они ведут себя хорошо по отношению к работникам, например, им могут, например, позволить поиграть в видеоигры на выходных.

Есть ли смысл тратить ресурсы на интенсивную терапию для такой малой части населения?

Если вы взгляните только на публикации Mendota Juvenile Treatment Center, то поймете, что каждые 10 000 долларов, потраченные штатом Висконсин на эту программу, сократили  затраты на содержание тюрем и систему судов на более чем 70 000 долларов за 4 года после ее создания. Подростки, прошедшие лечение, прекращают увеличивать свой срок другими проступками. И когда они выходят оттуда, то остаются на свободе дольше и совершают менее жестокие преступления, что очень ценно в социальной перспективе.

Если уже есть успешные методы применения, зачем тогда нужны исследования мозга?

Программы, которые существуют сегодня, не идеальны. Они сокращают рецидив жестоких преступлений на 50%, но 10-15% подростков все равно продолжают совершать жестокие преступления, несмотря на психологическую поддержку.

Что может сделать изучение мозга для нас? Обеспечить информацией о том, как проходит лечение, чтобы вы могли определить, кого можно отпустить через 6 месяцев, а кому нужно пройти годовой курс или больше. Вы сможете использовать неврологию, чтобы принимать лучшие решения. Это то, что мы надеемся сделать.


 

Источник: Greg Miller

Перевод: Яна Калинина


Метки

ЧтениеКиноИнтервьюСтатьиscience bitchисследования мозгакент кильпсихопаты

59520