Как Модный Петербург спасал рок вместе с Fall Out Boy

О том, что rock is dead, пьяный Джим Моррисон орал в микрофон еще в 69-м; в СССР ему вторил клон Боуи прекрасный дилетант Гребенщиков; Мерилин Мэнсон в прозрачном трико и воротнике из перьев безуспешно пытался донести, наконец, до слушателя эту нехитрую истину в начале нулевых, и, когда все уже поняли и смирились — пришли они и заявили — Save Rock And Roll!

Честно говоря, мы так и не поняли, зачем делать искусственное дыхание и непрямой массаж сердца почти полностью разложившемуся трупу, поэтому поспешили в «А2» навстречу кумирам российских школьниц — татуированным брутальным рок-н-рольщикам FALL OUT BOY в надежде, что ребята посвятят нас в подробности этого, казалось бы, безнадежного предприятия.

«А2» встретил нас полчищами фанатов, мающихся в ожидании у дверей клуба и это при том, что пришли мы туда еще до 7-ми вечера. Как говорится, вся школьная рать: драные джинсы, радужные волосы, безудержный пирсинг, гриндерсы и куча мерча — стандартные атрибуты любого тинейджера.

Кстати, пока мы ошивались у входа, удалось застать исторический момент открывания дверей: мимо нас, сшибая все на своем пути, в том числе мамонтообразно-спокойных охранников, крича, визжа, улюлюкая, размахивая зажатыми в руках билетами толпа фанатов штурмовала здание и ворвалась в зал. Пятью минутами позже мы наблюдали забег на короткую дистанцию до сцены. Еще минуты через три в первые ряды было уже не пробиться. Становилось весело и страшно.

Мы ждали у гримерки, настраивали аппаратуру, додумывали, чего бы еще такого коварного спросить у ребят и рассуждали о вселенской несправедливости этого мира: ведь в эту минуту, каждый в этом самом зале жаждал бы оказаться на нашем месте, да просто с руками оторвал бы саму возможность потрындеть с фоллаутбоями, но тут мы — фанаты модной электроники, которые знать не знают ничего про рок.

Но это уже детали. И вот он, заветный миг, мы, затаив дыхание, поворачиваем ручку двери… Ребята встречают нас очень радушно, похожий на мишку Гамми басист мило улыбается, весь в татухах барабанщик скромно ждет, пока мы устроимся поудобнее, стол ломится от яств (ягодки, коньячок и все такое), у нас есть аж 15 минут на все про все и много каверзных вопросов!

Итак, воскрешение рок-н-ролла: Рок-н-ролл, выйди вон или Mission Impossible?

Камера, мотор! 

МП: Привет! Мы из журнала «Модный Петербург»! Очень хочется, наконец, пообщаться с вами, ребята.

FOB: Да, конечно. С удовольствием! 

МП: Вы в России впервые?

FOB: Нет, кажется в Россию мы приехали уже в третий раз.

МП: И как вам Питер с третьего раза? Все так же прекрасен?

FOB: Вот в Питере мы как раз впервые! И пока он все еще прекрасен. Знаешь, когда мы были маленькими детишками и жили в своей Америке, у нас было очень метафоричное представление о России. Мы даже предположить не могли, что будет возможность побывать здесь и отыграть концерт. Это по-настоящему круто.

МП: Совок увидеть не боялись?

FOB: Да нет, конечно. Мы же были здесь раньше. Тем более, наши друзья Panic! At The Disco приезжали на фестиваль в Сибирь. Каждый раз, приезжая в незнакомую страну, чувствуешь себя как новорожденный. Также и с Россией. Она может выглядеть полностью закрытой советской державой, но когда хорошенько взглянешь, понимаешь, что на самом деле у наших культур много общего. Или Канада, например. Вроде отдельная страна, но, по сути, все одно и то же.

МП: Какие планы на Питер? Куда собираетесь пойти, где тусоваться?

FOB: Мы уже успели побывать в Эрмитаже, а еще в церкви одной. Очень красивой. Сделали кучу классных фото, могу показать.

(улыбается)

МП: Слушайте, а вы знаете, что вообще творится у нас в России в плане политики государства? Новые законы Путина, цензура, история с Pussy Riot?

FOB: Ну, мы знаем лишь то, что об этом пишут американские издания. Порой я вижу, что происходит в США и представляю, какие впечатления могли бы сложиться у иностранцев об американцах по всем этим многочисленным протестам за права сексуальных меньшинств, многие бы приняли нас за монстров каких-то. Не думаю, что в России только и делают, что устанавливают всюду какие-то порядки. Мне кажется, нам еще многое предстоит узнать о вашей культуре и менталитете, прежде, чем делать какие-то выводы.

МП: Ну, а что думаете об ущемлении прав сексуальных меньшинств? Все эти законы против пропаганды гомосексуализма…

FOB: Я считаю, что все приходит со временем. Лос-Анджелес — город, который принято считать свободным от всяких стереотипов, но ведь еще два года назад и там пропаганда гомосексуализма была под запретом. Меня гораздо больше беспокоит тот факт, что люди перестали дискутировать, перестали решать подобные вопросы мирным путем, они все чаще становятся злыми и начинают протестовать против чего-либо, даже не успев уловить его истинный смысл.

МП: Вы такая популярная группа, играете уже много лет. Расскажите, как это вообще, чувствовать себя известными на весь мир?

FOB: Это странно, мы ведь не думали, что просто приедем сюда и все получится как-то само собой. И это круто, когда кто-то в мире начинает верить в твое дело так же, как ты сам веришь в него. Все это дает нам силы на то, чтобы сыграть по-настоящему хороший концерт сегодня вечером.

«

Я думаю, тут дело не столько в музыке,

сколько в моей любви к року,

к самому духу рок-н-ролла.

»

МП: Кстати, да. Мы уже успели оценить весь масштаб предстоящего шоу. У входа в клуб стоит огромная очередь из фанатов. Все куда-то рвутся, кричат. Такое сумасшествие. Думаю, сегодня будет жарко!

Пит издает что-то похожее на «Oh my lord…» и вспоминает всех святых разом.

МП: У вас была достаточно продолжительная пауза в творчестве, не было никаких туров. Как чувствуете себя сейчас? Может, что-то изменилось?

FOB: Да, это был вынужденный перерыв. Нам просто нужно было побыть немного простыми смертными. Это пауза только больше сплотила нас, сблизила как друзей и товарищей по группе. Мы зарядились выше крыши.

МП: Наверное, в курсе, что сейчас в моде в основном электронная музыка. А вы до сих пор играете рок и упорно стремитесь его спасти. От кого и зачем?

FOB: Наша музыка ведь основывается не только на двух гитарах и ударных. На самом деле, мы очень многое берем из хип-хопа, хоть никто и не верит. Я думаю, тут дело не столько в музыке, сколько в моей любви к року, к самому духу рок-н-ролла.

МП: Ходят слухи, что вы планируете снять видео на каждую песню с нового альбома. Это правда? Зачем? Как вы пришли к этой безумной мысли?

FOB: Да, мы уже сняли 6 клипов. Нам было интересно снять серию видео, которая расскажет свою отдельную историю, не ту, о которой поется в альбоме. Мы хотим, чтобы люди смогли увидеть две совершенно разные линии развития сюжета.

МП: А еще я помню, что в новом альбоме у вас участвуют такие персоны как Элтон Джон и Кортни Лав. Как вам пришелся подобный опыт?

FOB: Было непривычно. Они сами захотели принять участие и стать частью нового альбома Fall Out Boy. Мы работали вместе и стали частью чего-то общего. Это был очень волнующий опыт для нас.

МП: А с кем бы еще хотели поработать? Может с Мадонной?

FOB: С Мадонной?! Нам, конечно, очень нравится Мадонна, но сейчас мы больше ориентированы на творчество Fall Out Boy. (Улыбается)

 

Мнение очевидца

«

народ уснул!!))) а я не могу! концерт был на столько охиренен! море впечатлений :D народ супер, только толкучку не все хорошо воспринимают и нужно думать головой. Мне понравился выкрик девушки стоявшей где-то за мной:"Ну люди взрослые 18 лет и больше"! мне 16 и я как-то по ходу лучше их понимаю. поддерживаю людей которые за культуру

»

 

Спасали рок вместе с Fall Out Boy Оля Смолина и Ника Соловьева

Фото: Марина Петрова для fanwall.ru

 

 

 


Метки

МузыкаСтатьиboysfall out boyrock is deadsave rock-n-rollА2альтернативный рокинтервьюрок

13152

Рекомендации