! К нам едут «Молодые люди» из Москвы


«Если бы в лае Шевчука до сих пор была уверенность,
если бы русский рок не сдох в лазарете «Нашего Радио»,
если бы Наутилус помножился на The Jesus Lizard
и умылся родниковой кровью сибирского суицидального пост-панка,
то вышли бы «Молодые люди»

Кто же такие эти «Молодые люди»? 

Впервые услышав их в «Mod’е», я вдруг поняла, что раньше не слышала ничего подобного: жесткие, четкие, техничные, экспрессивные, агрессивные, идеально сыгранные, слегка академичные — все это и еще много чего можно сказать об этих дичайших экспериментальщиках из Москвы. Мощнейшая энергетика, лающе-хрипящий, не имеющий аналогов вокал, оголтелые провокационные тексты, неожиданные интонации, убийственные риффы — прийти послушать стоит хотя бы ради того, чтобы, изумившись, спросить себя: «Это что вообще такое?»

Здесь как раз тот случай, когда лучше увидеть и услышать все собственными глазами и ушами, а видео и аудио могут предоставить лишь жалкое подобие взрывоопасной реальности «Молодых людей».  

Играют эти безумные столичные гости завтра вечером, 11 сентября, опять же в «Mod’e».

Приходите. У вас есть шанс по-настоящему удивиться.

 

— Расскажи о проекте «Молодые люди». Как возникла идея создания? И что это за стиль, в котором вы играете, можешь как-то охарактеризовать? Название «Молодые люди» в лучших традициях, чтобы не нагуглить было? И, почему, ты, кстати, называешься Ким Крем?

— Сначала были «Специалисты», уже давно. Витя, Саня и Богдан. Альбома они не записали, но концертов наиграли немало. Не помню как, но мы познакомились с Махоуни (Санек, барабанщик), кажется, ему понравились «Скобки Пуассона». Мы сделали совместный концерт, и я очень ими проникся. Прошел год, что-то у них разладилось, Богдан ушел, Витя с Махоуни решили сделать новую группу, позвали меня тоже. Сначала пробовал на клавишах с ними, вышла ерунда, взял бас-гитару, вроде зазвучало норм.

Стиль? Ну, тут в отличие от «Специалистов», у которых было много сэмплов, электроники, все больше по року. Арт-рок, панк, местами хардкор какой-то, что ли.
Что касается названия — придумал Витек, намек на группу писателей 50-х из Англии, «рассерженные молодые люди». Можно больше узнать, погуглив.
Про Кима Крема. Придумывали мы с моим другом себе псевдонимы однажды в 2006, и любили мы сигариллы cafe creme и сигареты gitanes. Вот и стали мы Ким Крем и Жан Житан.

— Насколько я знаю, у тебя академическое образование. Как это помогает или, наоборот, мешает тебе играть такую экспериментальную, порой жесткую и уж точно не академическую музыку?

— Академическое? :) Ну более-менее. Просто решил, что на рояле надо учиться не только самому, так как-то повелось, что ли. А так — я вообще музыку стал играть главным образом из-за того, что можно чего-нибудь своего намутить. Так что, в любом случае помогает, мешать никакое музыкальное образование уж точно не может.

— Как относишься к джазу, традиционному и экспериментальному? Кого слушаешь сам?

— Милый вопрос. Джаз в моей жизни вообще важное место занимает. Как-то, наверное, года с 2007 привык себя считать в первую очередь джазменом). Были периоды увлечения разными стилями, и бопом, и авангардом. Сейчас тоже есть что послушать, вообще у джаза новая волна в 2000-х, много новых музыкантов появилось, пианистов особенно. Так что джаз слушать не перестаю, неважно какие еще стили в голове крутятся.

— Помимо «Молодых людей» есть еще «Язык Кошки» и «Скобки Пуассона» — расскажи о них. Эти проекты как-то связаны между собой? Как ты вообще все успеваешь?

— Проекты есть, и «Язык Кошки» и «Скобки Пуассона» это еще не все, ну да неважно. У меня как-то выходит, что все проекты, так или иначе, связываются — людьми и даже, порой, материалом, хотя все же в целом как-то определяется. «Скобки» — песенная группа, сейчас вот снова активно играем, новые вещицы пишу, Дора пишет тоже. «Язык Кошки» последней версии мы сделали с гениальным барабанщиком Андреем Кимом. Там инструментальная музыка, такой микс фьюжна, айдиэма, брейкбита, хип-хопа, все подряд. Есть у нас студийная запись, неплохо отражающая звучание.
Ну а успевать? Успеваю, куда деваться. Надо же куда-то понемногу успевать).

— У «Молодых людей» какие-то дичайшие тексты песен — про сиамских близнецов, про Афганистан, откуда вообще берется такая лирика, кто у вас пишет тексты и о чем вы поете? Вас, кстати, почему-то часто называют «русским роком», ты с этим, как, согласен?

— Материал «Молодых», вообще, весь пишет Витек (гитара, вокал). Лирика на самом деле абстрактная, аполитичная, хотя местами звучит провокационно. Вообще, песни есть совершенно разного характера, но, как и положено року, достаточно немягкие, в целом). Думаю, Виктор сам мог бы гораздо лучше о них рассказать. А может, и не стал бы:)
А насчет русского рока — собственно, можно и так называть, ведь русский же, рок же. А влияния у нас обширные, и естественно, не только российские.

— Все твои проекты, мягко говоря, «экспериментальны», собираешься ли ты продолжать эти безумные музыкальные эксперименты, если да, то как? Может, какое-то новое звучание и неожиданные музыкальные инструменты? Расскажи.

— Были разные периоды: и когда я думал, что играю дикий авангард, и когда думал, что играю попсу, а вот получается теперь, что не так и не эдак, а просто играю. Так что не знаю, насколько мои проекты «экспериментальные»). А продолжать собираюсь, куда деваться. Насчет нового звучания — вот «Скобки Пуассона» у меня возродились в новом звучании — я теперь там играю на барабанах и пою, а за всеми клавишами сидит Дора. Так что и новые инструменты осваиваю по мере необходимости.

— Насколько ты сам экстремален, чем занимаешься в обычной жизни, о чем думаешь, когда идешь по улице? Что ты, вообще, за человек такой, Ким Крем?

— Сам ниче, нормально. Работа, например у меня — преподавать детям и взрослым музыку, так что, более-менее, цивильный. Но до здорового образа жизни далеко. Впрочем, на лице не все написано. Всем подряд занимаюсь, разве что времени как-то совсем в обрез на все подряд. Но, приходится находить. Стараюсь не дергаться, цивилизацией не заморачиваться, думать побольше, злиться поменьше. Образа жизни у себя не наблюдаю. Или на тусовках, или сижу неделями один. Человек, короче).

— Для вас важен коммерческий успех или это типичный андеграунд? Могут ли, как считаешь, такие, скажем прямо, рассчитанные на определенного слушателя группы, быть популярными?

— Вот понял в последнее время, что нет, неважен скорее. Больше на андерграунд смахивает. Но, вообще-то, это ни к чему не обязывает, так что возможен и успех через какое-то время. Хочу, кстати, заметить, что ни на кого музыка не рассчитана на самом деле, просто такой материал пишется. Органично, так сказать. Поэтому как мир будет развиваться в ближайшее время, так это и отразится на нашем успехе. Так-то в целом мы не очень ленивые).

— Как думаешь, сейчас у нас музыкальный упадок или возрождение (если так можно выразиться). Кто, по-твоему, придет на смену хипстерам? Что сейчас в музыке есть самого, что ни на есть новейшего, свежайшего?

— У нас — это в России? Не знаю, откуда упадок, куда возрождение? Мы вот есть, сами себя не обделим, друзей небольшая кучка есть, а вообще, наверно, не особо возрождение. Но есть че послушать, в общем. Если не говорить об одной стране, то вообще по миру что-то делается норм пока. Поэтому стараюсь не осознавать себя в контексте только России, например. И уж если отвлечься окончательно, то всем известно, что во всем европейском мире — большой кризис, и мы его часть. Так что, какое там возрождение или упадок, все идет своим чередом. 
На смену хипстерам что угодно может прийти, это как-то уж совсем неважно, я полагаю. Придут-уйдут. Конец постепенно, я думаю, на смену всем придет).
Свежего в музыке делается много. В Европе электроника пока еще не сдохла, в США джаз вполне в рабочем состоянии, в России мы все вот пока на ногах.



— Свойственен тебе столичный снобизм, типа того, что Москва рулит, а все остальные, так, периферия? Где, помимо столицы, происходят интересные музыкальные процессы? У нас, например, в Ленинграде есть, кого послушать столичным молодым людям? Как относишься к популярным группам типа Моторамы, Помпеи, Муджуса?

— Наверно, все же, свойственен, впрочем, не столько московского толка, сколько вообще жителя большого города. Хотя, скорее всего, зря, но так сложилось культурно-исторически как-то. Все равно я в ближайшее время не смогу перевоплотиться в жителя периферии). В Ленинграде что есть — признаться, сейчас уже не сильно в курсах, а, вообще, кое-что нравится, в том числе, например, если не из электрона, группа Кубикмагги, я считаю, очень неплоха была всегда. Одного названия, думаю, вполне хватит для начала?)
Моторама, Помпея, Муджус…Ну, мало меня все это трогает, по понятным причинам. Впрочем, из перечисленного, Муджус мне больше по душе, у него прикольный саунд. А так, конечно, в клуб с какой-нибудь милой девочкой можно на что угодно сходить, на худой конец и Моторама с Помпеей сгодятся.

— Скажи напоследок несколько слов о новом альбоме, ходят слухи, что он уже готовится.

— Альбом? Да, записывается. Большая часть готова. Небыстрые мы, ну так оно и нормально. Переделываем часто, перфекционизмом страдаем. Плюс, играть нормально не умеем). Все идет, все будет, ждите синглов сначала, думаю. Все там будет зашибись звучать, не обидим.

 

Автор: Ника Соловьева

Фото: Татьяна Соколова

 


Метки

МузыкаИнтервьюмальчикимолодые людимосковский авангард

2540

Рекомендации