Перспективы использования психоделиков в медицине

Может ли запрещенный наркотик помочь больным людям излечиться от посттравматического стрессового расстройства? The Verge провел скандальное расследование этого факта и рассказал нам про опыт Боба Уокера, который занимался самолечением с помощью экстази. 

Боб Уокер страдает от посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) вот уже 30 лет. Боб не один такой на свете, но он утверждает, что нашел выход через MDMA-терапию. Группы специалистов по всему миру используют этот препарат, чтобы исцелить жертв от болезней, которые раньше не поддавались контролю. Действительно ли подобное альтернативное решение имеет смысл?

В один прекрасный день Уокер увидел сводку на CNN про экспериментальное испытание наркотиков, которое проходит в Южной Каролине, направленное на людей, страдающих от ПТСР. В этом исследовании люди принимали MDMA, вещество, более известное как экстази, под строгим наблюдением психотерапевтов. Популярный в молодежной среде, но все еще нелегальный препарат знаменит своим эффектом эйфории и способностью вызывать повышенную эмпатию у человека, который его принимает.

Многие из участников эксперимента под его действием смогли вернуться к своим болезненным воспоминаниям без обычного чувства страха. С нейрохимической точки зрения, MDMA подавляет реакцию на испуг в мозжечковой миндалине. Он также стимулирует высвобождение нейромедиатора серотонина, который отвечает за хорошее самочувствие, а также окситоцина и пролактина, которые вызывают ощущения любви и близости. После приема препарата пациенты могли работать со своей травмой и «перезагрузить» сознание. 


Уокер жил в непосредственной близости от кампуса одного колледжа и предполагал, что найти наркотик будет легко. Но это оказалось труднее, чем он ожидал. Он даже связался с людьми, которые проводят пейотные церемонии, но экстази ускользало от Боба. Наконец, он выследил его с помощью сына своего друга. Дженнифер — терапевт, свое настоящее имя она попросила не использовать, чтобы не лишиться лицензии. Она считает себя «консервативной» матерью-одиночкой и, разумеется, относится к наркотикам крайне негативно.

Но Дженнифер почувствовала расположение к Уокеру и решила довериться ему: «По некоторым причинам я не чувствовала, что это будет неправильно с моей стороны», — сказала она, — «Он действительно хотел провести собственное расследование». Между терапевтом и Бобом установилась тесная связь, они были в состоянии вести довольно интимные беседы.  

Боб говорил, что ПТСР заставляет чувствовать отчужденность от всего происходящего. Но под действием MDMA он снова обрел потерянное ощущение связи, и не только со своим терапевтом, но и с самим собой. Исследование, которое вдохновило Боба, проводилось MAPS — некоммерческой исследовательской организацией, чье название означает «междисциплинарная ассоциация психоделических исследований» (Multidisciplinary Association for Psychedelic Studies). Это одна из организаций, которая пытается найти научные доказательства того факта, что психоделики можно использовать в терапевтических целях. 


В ходе экспериментов прием препарата обязательно сопровождался терапевтическими беседами. Пациенты ложились в кабинете врача на кушетку и слушали успокаивающую музыку в наушниках, а их глаза были прикрыты повязкой. Они могли говорить о том, что они испытывают, и получить консультации до и после эксперимента, чтобы удачно интегрировать новый опыт в повседневную жизнь. По результатам MAPS, 83% из 19 человек в группе почувствовали значительное улучшение и ослабление признаков ПТСР. 

«МDMA позволил мне стать лучшей версией себя, и я смогла заботиться о своей сломанной личности снова», — сказала Рэйчел Хоуп, чудом выжившая жертва сексуального насилия, которая принимала участие в исследовании. Результаты MAPS были обнадеживающими достаточно, чтобы организация получила разрешение набрать четыре новых группы пациентов в Южной Каролине, Колорадо, Израиле и Ванкувере.

Кроме того, MAPS изучали, как прием ЛСД может снять тревогу у людей с неизлечимыми заболеваниями, а в марте они добились одобрения на исследование влияния марихуаны на облегчение ПТСР. Последнее исследование — одно из двух одобренных правительством испытаний медицинской марихуаны, которые проводились когда-либо. 

Аналогично, научно-исследовательская группа из Санта-Фе, Heffter Research Institute, сотрудничала с UCLA и Нью-Йоркским университетом для изучения терапевтических приложений псилоцибина, активного ингредиента галлюциногенных грибов. Исследование, проведенное в 2011 году, показало, что из 11 неизлечимо больных раком пациентов почти все чувствовали себя менее тревожно и депрессивно, а 30% сообщали о приподнятом настроении, которое продолжалось значительное время после отмены препарата. Теперь ученые ищут способ применения псилоцибина для того, чтобы помочь людям, страдающим от алкоголизма и никотиновой зависимости


 

Конечно, эти исследования не новы. Тысячи лет использования коренными поселенцами изменяющих сознание растений, таких как пейот и аяхуаска, лежат в основе всего этого. Также необходимо вспомнить о том, что ЛСД стал нелегальным в Америке только в 1968 году, а до этого некоторые врачи использовали его в качестве экспериментального метода для лечения алкоголизма и тревоги.

MDMA объявили вне закона в 1985 году, лишив сотен психотерапевтов США удобной возможности лечить различные фобии, наркоманию и даже решать проблемы в супружеских отношениях. В книге психиатра Джули Холланд «Экстази: полное руководство» сообщалась о докторе, который с тоской вспоминал: «Когда речь шла о терапии для пар, это был замечательный катализатор». 

Миссия MAPS и Heffter Research Institute — повторять эти исследования и публиковать их в уважаемых и рецензируемых журналах. MAPS появилась в 1986 году и Heffter Research Institute — в 1993 году, после того, как ЛСД, MDMA и псилоцибин стали незаконными. Но до 2000-х годов исследования такого типа было почти невозможно провести. Правительство и СМИ работали над тем, чтобы заклеймить экстази, марихуану и кислоту. «Бич народа», «высокий потенциал для злоупотребления и возникновения зависимости», «мир без наркотиков» и так далее. Только сейчас демонизация наркотиков начинает немного ослабевать. 

«Это очень здорово», — говорит Джеффри А. Фаган, профессор права Колумбийского университета, — «Я не вижу причин, почему мы не можем сейчас думать о терапевтической ценности веществ, которые находятся под контролем». Психоделические исследователи ждут момента, когда запрещенные сейчас препараты переведут в список веществ, которые имеют риски, связанные с их употреблением, но все еще могут быть выписаны по назначению врача. 

Рик Доблин, основатель MAPS, ждет, когда центры для неизлечимо больных будут соседствовать с лабораториями по исследованию психоделиков, и лицензированные врачи смогут прописывать MDMA больным. «Мы можем надеяться на возвращение психоделиков», — говорит Доблин, — «Им снова отведут почетное место, а не отхожее». 

Но зеленого света ждать еще рано. Если любой из таких препаратов будет претендовать на терапевтическое использование, придется провести по-настоящему масштабные исследования — среди сотен, тысяч участников. Это будет стоить миллионы долларов. В отличие от фармацевтических компаний с бездонными карманами, MAPS и Heffter Research Institute существуют на частном финансировании.

Препараты, которые они изучают, имеют давным-давно просроченные патенты, что не интересует Богов Фармацевтики. Любой может выпускать такие вещества, снижая цену и, соответственно, это будет плохо сказываться на доходах разжиревших фармацевтических компаний. 

Доктор Дэвид Э. Николс, президент и соучредитель Heffter Research Institute, рассказал, что одна женщина, которая принимала участие в исследованиях псилоцибина, после сообщила ему: «Я поняла, какие замечательные люди меня окружают. Я хочу наслаждаться общением с ними, пока у меня еще есть время здесь. Оглядываясь на жизнь позади меня, я понимаю, что сейчас должна жить для людей, которые нуждаются во мне». 

Николс считает, что молодые люди сейчас более терпимо относятся к вещам, которые раньше считались «бичом общества», например, к однополым бракам. «Люди, которые думали, что психоделики опасны — стареют и умирают», — говорит он. Вполне возможно, что будущие поколения подойдут к этому вопросу с ясным, не замутненным предрассудками сознанием, и законы начнут меняться.  

 


Метки

ЧтениеСтатьимедицинанаркотикиптсрэкстази

10424